Диск – Ананасы в Шампанском Содержание диска: 1.Ананасы в Шампанском (И. Северянин) 2.Любовь (М. Цветаева) 3.Новости (В. Добин) 4.Ностальгия (В. Гин) 5.Воздушная яхта (И. Северянин) 6.Я мечтою ловил уходящие тени (К. Бальмонт) 7.В этих раскидистых кленах (И. Северянин) 8.Взберусь на бархан (Ф. Зорин) 9.Русалка (К. Бальмонт) 10.Заболеть бы как следует, в жгучем бреду (А. Ахматова) 11.Не замирайте на высокой ноте (И. Войтовецкий) 12.Мне снится — я тебя уже любил (Е. Евтушенко) 13.Звезды (И. Северянин) 14.В белом платья муаровом (И. Северянин) 15.Это было у моря (И. Северянин) ***1.Ананасы в Шампанском (И. Северянин) Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Удивительно вкусно, искристо и остро! Весь я в чем-то норвежском! Весь я в чем-то испанском! Вдохновляюсь порывно! И берусь за перо! Стрекот аэропланов! Беги автомобилей! Ветропросвист экспрессов! Крылолет буеров! Кто-то здесь зацелован! Там кого-то побили! Ананасы в шампанском - это пульс вечеров! В группе девушек нервных, в остром обществе дамском Я трагедию жизни претворю в грезофарс... Ананасы в шампанском! Ананасы в шампанском! Из Москвы - в Нагасаки! Из Нью-Йорка - на Марс! ***2.Любовь (М. Цветаева) Ты расскажи нам про весну! – Старухе внуки говорят. Но, головою покачав, Старуха отвечала так: - Пришла весна! Пришла весна! Пришла весна! Ушла весна, Ушла весна, Ушла весна… Так расскажи нам про любовь! Ей внук поет, что краше всех. Но, очи устремив в огонь, Старуха отвечала: - Ох! Пришла любовь! Пришла любовь! Пришла любовь! Ушла любовь, Ушла любовь, Ушла любовь… ***3.Новости (В. Добин) Звезда упала за черным домом. Звезда погасла и стала пеплом. На третьей улице, если идти По воздуху или по крышам. А я в обход, и фонари идут за мной, Качаясь в небе, качаясь в небе, А я в обход, и фонари идут за мной, Не выпуская меня из круга своих теней. Я умру, совсем не шутка. Жутко, жутко - я умру. Жизнь короче промежутка От утра к утру. Жизнь короче расстоянья Между, между деревень, Жутко наше расставанье В негасимый день. (Всё второй раз.) ***4.Ностальгия (В. Гин) Здесь совсем другие песни, Здесь дожди совсем иные, Я умру не от болезни, Я умру от ностальгии. Я бежал не от России, Я бежал от мракобесья Здесь дожди совсем иные, Здесь совсем другие песни. Что-то начал я грустить чаще, Словно раньше была жизнь слаще, Словно стало нехватать света, Надо что ли почитать Фета. Что-то начал я грустить чаще, Словно раньше была жизнь слаще, Словно стало нехватать света, Надо будет почитать Фета…, Фета, Фе-та. Для молящих поднебесье Призываю сны цветные, Я умру не от болезни, Я умру от ностальгии. Я бежал не от России, Я бежал от мракобесья Здесь дожди совсем иные, Здесь совсем другие песни. Что-то начал я грустить чаще, Словно раньше была жизнь слаще, Словно стало нехватать света, Надо будет почитать Фета. Что-то начал я грустить чаще, Словно раньше была жизнь слаще, Словно стало нехватать света, Надо будет почитать Фета, Фета, Фе-та. ***5.Воздушная яхта (И. Северянин) Я вскочила в Стокгольме на летучую яхту, На крылатую яхту из березы карельской. Капитан, мой любовник, встал с улыбкой на вахту,— Закружился пропеллер белой ночью апрельской. Опираясь на румпель, напевая из Грига, Обещал он мне страны, где в цвету абрикосы, Мы надменно следили эволюции брига, Я раскрыла, как парус, бронзоватые косы. Приставали к Венере, приставали к Сатурну, Два часа пробродили по ледяной луне мы. Там в саду урны с негой; принесли мне в сад урну. На луне все любезны, потому что все немы. Все миры облетели, все романсы пропели, Рады были с визитом к самому Палладину... А когда увидали, что поломан пропеллер, Наша яхта спустилась на плавучую льдину... ***6.Я мечтою ловил уходящие тени (К. Бальмонт) Я мечтою ловил уходящие тени, Уходящие тени погасавшего дня, Я на башню всходил, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня. И чем выше я шел, тем ясней рисовались, Тем ясней рисовались очертанья вдали, И какие-то звуки вдали раздавались, Вкруг меня раздавались от Небес и Земли. Чем я выше всходил, тем светлее сверкали, Тем светлее сверкали выси дремлющих гор, И сияньем прощальным как будто ласкали, Словно нежно ласкали отуманенный взор. И внизу подо мною уже ночь наступила, Уже ночь наступила для уснувшей земли, Для меня же блистало дневное светило, Огневое светило догорало вдали. Я узнал, как ловить уходящие тени, Уходящие тени потускневшего дня, И все выше я шел, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня. ***7.В этих раскидистых кленах (И. Северянин) В этих раскидистых кленах мы наживемся все лето, В этой сиреневой даче мы разузорим уют! Как упоенно юниться! ждать от любви амулета! Верить, что нам в услажденье птицы и листья поют! В этих раскидистых кленах есть водопад вдохновенья. Солнце взаимного чувства, звезды истомы ночной... Слушай, моя дорогая, лирного сердца биенье, Знай, что оно пожелало не разлучаться с тобой! Ты говоришь: я устала... Ты умоляешь: «О, сжалься! Ласки меня истомляют, я от блаженства больна»... Разве же это возможно, если зеленые вальсы В этих раскидистых кленах бурно бравурит Весна?! ***8.Взберусь на бархан (Ф. Зорин) Взберусь на бархан, что похож на верблюда, Рождением дня влеком, А солнце сверкнёт краем медного блюда, Начищенного песком. Откроется мир тишины и покоя Загадочен и широк, Где серым баранам известно такое, Что людям и невдомёк. Повсюду минувших столетий приметы И знаки грядущих дней... Дано ли узнать по ладони по этой И нам о судьбе своей. Взберусь на бархан, что похож на верблюда, Рождением дня влеком, И солнце сверкнёт краем медного блюда, Начищенного песком. Замру я у вечности на пороге И мне и другим в ответ Покажет пустыня колючку дороги Вонзившуюся в просвет. Повсюду минувших столетий приметы И знаки грядущих дней... Дано ли узнать по ладони по этой И нам о судьбе своей. ***9.Русалка (К. Бальмонт) Если можешь, пойми. Если хочешь, возьми. Ты один мне понравился между людьми. До тебя я была холодна и бледна. Я — с глубокого, тихого, темного дна. Нет, помедли. Сейчас загорится для нас Молодая луна. Вот — ты видишь? Зажглась! Дышит мрак голубой. Ну, целуй же! Ты мой? Здесь. И здесь. Так. И здесь... Ах, как сладко с тобой! ***10.Заболеть бы как следует, в жгучем бреду (А. Ахматова) Заболеть бы как следует, в жгучем бреду Повстречаться с тобой опять. В полном ветра и солнца морском саду По широким аллеям гулять... Даже мертвые нычне согласны придти, И изгнанники в доме моём, Ты ребенка за ручку ко мне приведи, Tак давно я скучаю по нём. Буду с милыми есть голубой виноград, Буду пить ледяное вино И глядеть, как струится седой водопад На кремнистое влажное дно. (Все второй раз) ***11.Не замирайте на высокой ноте (И. Войтовецкий) Не замирайте на высокой ноте… Туда, где плещет невская волна Вы не вернетесь, Павловск не вернете, К Вам Павловск не вернётся никогда. Стряхните грёзы, встаньте утром рано И пусть неприхотливы и грустны Звучат для Вас под небом Авраама Печальные мелодии пустынь. Пусть в дальней дали будут неустанно тянуться ветви к серым небесам, пусть вечно будет там, как прежде, Анна прислушиваться чутко к голосам. – Стряхните грёзы, встаньте утром рано И пусть неприхотливы и просты Звучат для Вас под небом Авраама Гортанные мелодии пустынь. ***12.Мне снится — я тебя уже любил (Е. Евтушенко) Мне снится — я тебя уже любил. Мне снится — я тебя уже убил. Но ты воскресла в облике ином, как девочка на шарике земном в изгибисто наивной простоте у раннего Пикассо на холсте. и попросила, ребрами моля: «Люби меня!», как: «Не столкни меня!» Я тот усталый взрослый акробат, от мускулов бессмысленных горбат, который знает, что советы — ложь, что рано или поздно упадешь. Сказать мне страшно: «Я тебя люблю», как будто выдать: «Я тебя убью». Ведь в глубине прозрачного лица Я вижу лица, лица без конца, которые когда-то наповал или не сразу — пыткой — убивал. Ты от баланса страшного бела: «Я знаю все. Я многими была. Я знаю — ты меня уже любил. Я знаю — ты меня уже убил. Но шар земной не поверну я вспять: люби опять, потом убей опять». Девчонка ты. Останови свой шар. Я убивать устал. Я слишком стар. Но шар земной ножонками гоня, ты падаешь с него: «Люби меня». И лишь внутри — таких похожих — глаз: «Не убивай меня на этот раз!» ***13.Звезды (И. Северянин) Бессонной ночью с шампанским чаши Мы поднимали и пели тосты За жизни счастье, за счастье наше. Сияли звезды. Вино шипело, вино играло. Пылали взоры и были жарки. "Идеи наши,- ты вдруг сказала,- Как звезды - ярки!" Полились слезы, восторга слезы... Минуты счастья! Я вижу вас ли? Запело утро. Сверкнули грезы. А звезды... гасли. ***14.В белом платья муаровом (И. Северянин) В белом платье муаровом, в шумном платье муаровом По аллее олуненной Вы проходите морево... Ваше платье изысканно, Ваша тальма лазорева, А дорожка песочная от листвы разузорена — Точно лапы паучные, точно мех ягуаровый. Для утонченной женщины ночь всегда новобрачная... Упоенье любовное Вам судьбой предназначено... В шумном платье муаровом, в шумном платье муаровом — Вы такая эстетная, Вы такая изящная... Но кого же в любовники? и найдется ли пара Вам? Ножки плэдом закутайте дорогим, ягуаровым, И, садясь комфортабельно в ландолете бензиновом, Жизнь доверьте Вы мальчику, в макинтоше резиновом, И закройте глаза ему Вашим платьем жасминовым — Белым платьем муаровым, шумным платьем муаровым!.. ***15.Это было у моря (И. Северянин) Это было у моря, где ажурная пена, Где встречается редко городской экипаж... Королева играла - в башне замка - Шопена, И, внимая Шопену, полюбил ее паж. Было все очень просто, было все очень мило: Королева просила перерезать гранат, И дала половину, и пажа истомила, И пажа полюбила, вся в мотивах сонат. А потом отдавалась, отдавалась грозово, До восхода рабыней проспала госпожа... Это было у моря, где волна бирюзова, Где ажурная пена и соната пажа.